Павел Кухмиров (haile_rastafari) wrote,
Павел Кухмиров
haile_rastafari

Categories:

BREXIT. Территория страха и ненависти

В преддверии 29 марта (даты, на которую назначен «Brexit») в Великобритании отмечается значительный рост ультраправых настроений. Это начало отмечаться ещё в 2016 году, всего через пару месяцев после референдума. Теперь же, по прошествии нескольких лет, это стало и более наглядно, и более масштабно. Но является ли сам «Brexit» причиной подобного масштабного сдвига во взглядах британцев? Он ли создал в британском обществе почву для ненависти?

Рассмотрим ситуацию на примере одного из самых проблемных регионов нынешней Западной Европы — британского Уэльса.


Первые симптомы

В столице Южного Уэльса, древнем Кардиффе, первые последствия выхода Великобритании из ЕС начинают ощущаться еще до того, как она этот выход фактически произошёл. И первым местом, где это стало заметно, оказались аптеки, в которых внезапно возник дефицит лекарств по ряду позиций: таких, к примеру, как препараты на основе стероидов. В целом по Англии подобная ситуация уже не редкость и вероятность того, что местные операторы фармацевтического рынка начнут наращивать резервные поставки препаратов, чтобы уберечься от возможного будущего дефицита, велика. Очевидно, что в первую очередь привести это может к повышению цен на лекарства для конечных потребителей, которые сами в массовом порядке уже начали делать запасы лекарств.



Ещё одной сферой, по которой уже ударил «Brexit», стало британское высшее образование. Как знаменитые на весь мир, так и менее известные и хуже финансируемые университеты столкнулись с тем, что больше не могут быть в той же мере привлекательными для иностранных студентов. Абитуриентов из-за рубежей Великобритании теперь сдерживает обозначившаяся неопределенность по поводу их статуса и квалификации после окончания обучения в британских ВУЗах, выходящих из европейской образовательной системы. Ранее эта категория учащихся вносила в казну университетов весьма существенную оплату за своё образования, по сути являясь для них настоящей курицей, несущей золотые яйца.

Университет Южного Уэльса может оказаться в особенно тяжёлом положении. Количество иностранных студентов, приезжающих учиться в нём, весьма велико, и их отсутствие вполне может привести учебное заведение к банкротству. Другие университеты так же находятся под сильным финансовым давлением, что в перспективе может означать сокращение части преподавателей и вспомогательного персонала.

Британская медицина так же стала отраслью, ощутившей последствия «выхода» заранее. «Brexit» значительно усугубляет уже имевшийся кризис в Национальной системе здравоохранения (NHS), что так же в значительной степени ударило по Уэльсу, уже год переживающему острые трудности с набором медицинских кадров из числа иностранных врачей и медсестер (на которых, во многом, держались местные медучреждения).

Парламентские дебаты о преимуществах и недостатках выхода из ЕС, возобновившиеся в Великобритании после новогодних праздников, касались в основном экономических последствиях этого шага. Отчасти, разумеется, это вполне справедливо: помимо образования и здравоохранения первые симптомы надвигающегося «выхода» напрямую сказались на международных компаниях, таких, как «Airbus» и BMW, пригрозивших вывести свои производства в другие страны.

Но экономические последствия уже начинают отходить на второй план, пропуская вперёд политические. Именно политические изменения в Британии, вызванные к жизни референдумом 2016 года, являются куда более весомыми и более заметными, чем экономические. Прежде всего потому, что могут повлечь за собой гораздо более серьезные последствия.

Раскол

С момента голосования за выход из ЕС в британском обществе набрали темп две совершенно противоположные политические тенденции, развитие которых всё более становится необратимым: тенденции «за» и «против». Британия на глазах становится разделенным обществом, и разделение это, возможно, не было таким глубоким со времён «конституционного кризиса» конца XIX – начала XX века, некогда описанного Лениным. А, быть может, глубина эта дойдёт и до уровня потрясений XVII века — кто знает? Причём, сам по себе «Brexit» имеет здесь довольно второстепенное значение. Недовольство, переполняющее британское общество, имеет мало общего с Евросоюзом, как таковым: голосование за «Brexit» всего лишь активизировало то, что назревало не один год внутри самой Британии.

Кардифф в частности и Южный Уэльс в целом являются ярким примером того, что большинство британцев, голосовавших за «Brexit», руководствовались при этом куда большим перечнем причин, нежели желание выйти из ЕС.

В 2016 году Уэльс проголосовал за «развод» с результатом 52,5% против 47,5%, что даже выше, чем в среднем по стране. И это тогда удивило многих, потому что этот регион получает весьма значительные субсидии ЕС: в среднем в размере £680 млн. в год, по данным валлийского правительства. Более того, против «выхода» категорически выступала Лейбористская партия, которая доминировала в валлийской политике в течение последних 97 лет. Однако даже не смотря на это лишь 5 из 22 местных муниципалитетов проголосовало за то, чтобы остаться а ЕС, что как нельзя более наглядно иллюстрирует истинную степень раскола британского общества. Очевидного даже внутри самого Уэльса.

Кардифф, процветающий город с населением в 350 000 жителей (один из пяти городов Великобритании, наиболее зависимых от рынков ЕС), с результатом в 60% проголосовал за то, чтобы остаться в ЕС. Но долины к северу от Кардиффа, в сердце деиндустриализованного региона, когда-то заполненного угольными шахтами и сталелитейными заводами, решительно выбрали «Brexit». Многие были потрясены тем, что голосование там прошло с теми же результатами, что и в соседней Англии (точно так же, как, к примеру, в графстве Кент), хотя «долины» славятся своей подчёркнутой валлийской идентичностью и лояльностью к Лейбористской партии. Но что-то явно пошло не так.

Результаты референдума в Уэльсе решительно ставят под сомнение широко распространенное мнение о том, что причиной голосования за «Brexit» стал возрождающийся английский национализм и ностальгия по потерянному имперскому прошлому. Этот тезис выглядит ещё более абсурдным с учётом того, что за «Brexit» проголосовали валлийские социалисты, мягко говоря не питающие подобных чувств к Британской империи и до сих пор вполне определённым образом вспоминающие разгром забастовки шахтеров 1984-85 годов.

Истинная причина

При этом, в отличии от соседнего графства Кент, где одной из основных причин голосования за «выход» стало неприятие миграционной политики, которую Великобритания ведёт в рамках ЕС, в Уэльсе всё не настолько очевидно. Как минимум потому, что в Кардиффе, проголосовавшем «против», иммигрантских общин много, а в «долинах», проголосовавших «за», всё с точностью до наоборот. Более того, в Кардиффе как раз перед голосованием местные исламисты спровоцировали скандал своими возмутительными высказываниями, а в «долинах» даже нет ни одной мечети.

Конечно, отсутствие мигрантов на улице не обязательно означает отсутствие миграционной проблемы в обществе. Тем не менее, в данном случае очевидно, что акцент на антимигрантскую тему, как причину голосования в «долинах» - не более, чем провокация проевропейских СМИ. Просто потому, что эта тема на общем фоне вряд ли имеет какое-то весомое значение.

Какова бы ни была роль «антимигрантской» тематики, есть иная причина, по которой Кардифф, правительственный центр с большой занятостью в области здравоохранения и образования (в нём находятся целых три университета), должен голосовать иначе, чем семьи бывших шахтеров и сталелитейщиков в «долинах».

Западный Уэльс и «долины» к северу от Кардиффа — это регионы, некогда бывшие центром промышленной революции в Великобритании. Сегодня же они возглавляют список пяти беднейших районов Северной Европы, согласно данным за 2016 год. Интересно, что следующие четыре района в этом списке так же все находятся в Великобритании: это Корнуолл и острова Силли, Линкольншир, Южный Йоркшир, а так же долина Тиса и Дарем. Как и в Уэльсе, жители этих обездоленных регионов проголосовали за «Brexit». Это чётко показывает, что доминирующим фактором в этом вопросе является нищета, а не «национальная рознь».

Но уместно задать вопрос: можно ли сказать, что миграционная тема здесь вовсе не имеет значения?

Ответ очевиден: нет, нельзя.

Земля гнева

Безусловно, миграция является простым объяснением для многих людей в бедных районах, которые хотят знать, почему они имеют плохо оплачиваемую работу иди же не имеют работы вообще. Но очевидно и то, что долгие годы многие мигранты откровенно паразитировали на британском обществе, получая пособия, пользуясь системой здравоохранения и государственными льготами, ничего не давая обществу взамен, либо же давая несопоставимо мало.

Об истинной степени антимигрантских настроений судить очень трудно: несколько последних десятилетий приучили жителей Британии не выражать подобных мыслей вслух даже во время участия в анонимных опросах. Причём, распространяется это и на госучреждения. В том же Кардиффе полицейские статистика о т.н. «преступлениях на почве ненависти» практически отсутствует — её предпочитают не вести. Тем не менее, настоящая вспышка ксенофобских настроений в Великобритании, начавшаяся после голосования за «Brexit», уже не является ни для кого секретом — она очевидна.

За минувшие три года число происшествий антимигрантского и расистского характера заметно возросло даже с учётом того, что Великобритания никогда не была в этом смысле «идеалом» или «эталоном». С «дружбой народов» там всегда было достаточно напряжённо. Определённые изменения в этой сфере наблюдались лишь в последние три десятилетия, когда она входила в нынешний Евросоюз с его жёсткими либеральными стандартами. С конца 1980-х годов уровень подобной нетерпимости в стране, разумеется, снижался и существенно отступал, но после референдума 2016 года очень многое возвращается на круги своя. К этому так же стоит добавить очевидный рост исламофобии, вызванной событиями на Ближнем Востоке, появлением ИГИЛ и всего с ним связанного, а так же теракты, организованные последователями подобных групп в том числе и на территории самой Великобритании.

Для всего этого голосование за «Brexit» так же сработало, как нажатие на спусковой крючок, и главный его результат в этом смысле — степень, в которой крайне правые сегодня способны мобилизовать людей. К примеру, организовав одновременные митинге в Бирмингеме, Лидсе и Ньюкасле, чего ещё недавно многие и представить себе не могли. И абсурдно утверждать, что причиной всего этого в действительности является какой-то референдум о «разводе», а не куда более глубокие общественные причины.

Возможно, первоначально «Brexit» и был всего лишь политической темой «о выходе из ЕС» и в этом качестве за него голосовали даже многие потомки мигрантов более ранних «волн», так же не заинтересованные в том, чтобы в Британию продолжали ехать новые «искатели лёгкой жизни». Но затем они обнаружили, что сдвиг, произошедший в британском обществе, носит куда более существенный характер, и мишенью постепенно начали становиться они сами. Что же до белых коренных жителей Южного Уэльса, то крайне правые среди них становятся всё более популярны, чего не было в прошлом — эта территория всегда была оплотом социалистических идей. Всё, что зрело долгие годы, теперь выходит на поверхность.

Нельзя сказать, чтобы подъем ультраправых настроений был для Англии новостью — такое случалось и в прошлом, причём, достаточно регулярно. Это и деятельность Освальда Мосли, начавшаяся ещё в 1930-х годах. Это и волнения в Ноттинг-Хилл в 1950-е годы. Это и знаменитая речь Еноха Пауэлла о “реках крови”, которую он произнёс в 1968 году. Это и деятельность британского Национального фронта в 1970-1980 годы. Зачастую этим характеризовались периоды острой экономической и политической нестабильности. Когда они заканчивались — подобные тенденции так же сходили на нет.

Вот только нынешний кризис, детонатором которого стал «Brexit», не демонстрирует признаков того, что идёт на спад, и нет причин полагать, что он должен закончиться в ближайшее время. Наоборот, на лицо все предпосылки к тому, чтобы положение ухудшилось. Потому, что причины, по которым регионы, подобные Южному Уэльсу, превращаются в территорию страха и ненависти, как минимум, никуда не пропали.

А это значит, что ультраправые семена падают в очень плодородную почву.

(с) Павел Раста.


Текст на сайте газеты "Завтра": http://zavtra.ru/blogs/spuskovoj_kryuchok









Канал автора в Telegram: http://t.me/RastaPavel
Блог автора на "КОНТе" - https://el-pablo.cont.ws/
Группа "В контакте"   -   http://vk.com/russkoe_gosudarstvo
Группа на "facebook"  -   http://www.facebook.com/groups/RussRevo/
Инстаграм  - https://instagram.com/shakespeare1976/


Tags: Европа, Евросоюз, Павел Раста, Шекспир, аналитика, геополитика, экономика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments